November 3rd, 2009
Сколько бы я не закрывала глаза, не пряталась в своей скорлупе, его сегодня похоронят. Я словно сглазила пару постов назад – теперь мое направление «дом» тоже перекрыто «ритуалкой».
Он не был добрейшим и светлейшим человечком, отнюдь. Он мог быть неоправданно жесток, умел и с удовольствием манипулировал людьми. Но если вы ему нравились, он привносил своим появлением много света и движения. ООО, как мы КВНили! Сколько смеха хранит его маленькая кухня… Пожалуй, всю жизнь он горел, горел ярко.
Мне безотчетно жаль, что в последнее время мы совсем не общались. Теперь мне уже никогда не поблагодарить его за лучший день рождения, за те нереальные каллы, и за ласковое «ма-а-амка». И уж точно не извиниться, за все плохое, что я когда-либо сделала.
О его состоянии меня предупреждали еще летом, но я не захотела верить. И сейчас не буду. Он просто опять заработался в Москве. Поэтому и не приехала.
Он не был добрейшим и светлейшим человечком, отнюдь. Он мог быть неоправданно жесток, умел и с удовольствием манипулировал людьми. Но если вы ему нравились, он привносил своим появлением много света и движения. ООО, как мы КВНили! Сколько смеха хранит его маленькая кухня… Пожалуй, всю жизнь он горел, горел ярко.
Мне безотчетно жаль, что в последнее время мы совсем не общались. Теперь мне уже никогда не поблагодарить его за лучший день рождения, за те нереальные каллы, и за ласковое «ма-а-амка». И уж точно не извиниться, за все плохое, что я когда-либо сделала.
О его состоянии меня предупреждали еще летом, но я не захотела верить. И сейчас не буду. Он просто опять заработался в Москве. Поэтому и не приехала.
